И вдруг моим удивлённым глазам предстали маленькие сани и восемь крошечных оленей. Крепенький старичок-кучер был так жив и проворен, что я сразу понял — это Святой Николай. Его кони мчались быстрее орлов, а он свистел, кричал и звал их по имени: «Ну, Вихрь! Ну, Плясун! Ну, Резвый и Лиска! Вперёд, Комета! Вперёд, Амур! Вперёд, Гром и Молния! На крышу крыльца! На вершину стены! Летите скорей, разлетайтесь, вперёд — все!» И как сухие листья, что вихрь поднимает к небу, так и они взмыли вверх, встречая преграды.
